Серебро
Даже если ты смотришь кополловский «Апокалипсис наших дней» на затертой до непроглядного белого шума кассете (как это когда-то случилось со мной), все равно понимаешь нечеловеческую, толстовского масштаба крутизну фильма. Но лучше, конечно, смотреть кино в кинотеатрах. И, желательно, не российских, где все фильмы приобретают болотистый окрас. А таких, как Каннский фестивальный дворец, например: как мне объяснили, тут дело не только в том, что у нас фильмы хреново печатают, а в том, что компания Cristie оснастила каннские залы цифровой проекционной техникой.
Но еще интереснее смотреть кино в театрах. Правда, со мной такое случалось лишь однажды – в минувшее воскресенье, на официальной премьере фильма Сергея Соловьева «Анна Каренина» в Михайловском театре, том, что, в отличие от большинства других дореволюционных имперских театров выкрашен изнутри не золотом, а холодным мерцающим серебром.
По Соловьеву, Каренина – первая женщина Серебряного века (“Ты куришь черную трубку, / Так странен дымок над ней. / Я надела узкую юбку, / Чтоб казаться еще стройней. / Навсегда забиты окошки: / Что там, изморозь или гроза? / На глаза осторожной кошки / Похожи твои глаза. / О, как сердце мое тоскует! / Не смертного ль часа жду? / А та, что сейчас танцует, / Непременно будет в аду”), во времена Толстого еще неведомого, еще не начавшегося, но гениальным романом предвосхищенного. Эт Анна Каренина ближе к той, что изобразил Михаил Врубель, ориентир режиссера – наравне с широкоформатными полотнами Лукино Висконти.
О здоровой литературоцентричности фильма я уже написал на посвященном чтению сайте Данилы Антоновского, походя заметив, что Соловьев очень близок к тому, чтобы экранизировать не частную историю роковой страсти, а весь многофигурный толстовский эпос, густую прозу, в которой заглавная героиня – важное, но не единственное звено. Соловьеву не нравится, когда зритель выбирает, кто сыграл лучше – Грета Гарбо или Софи Марсо, он считает, что исполнительница должна раствориться в роли, а зритель – чувствовать, что Каренину играет Каренина.
Друбич оказалась идеальной Анной, в которой нежность и сила смешаны в равных пропорциях: ей, формально непрофессиональной актрисе, даже не надо ничего изображать, достаточно просто присутствовать в кадре, переполненном людьми и предметами. И потом, если включиться в предложенную Соловьевым очаровательную постмодернистскую игру, согласно которой «Анна Каренина» – часть дилогии, образуемой с фильмом «2-Асса-2», в роли Карениной реально погибшая на съемках Алика Алданова, та самая девушка из чудесной страны, что в 1987-м ловила падающие на Ялту снежинки в компании вихрастого Бананана.
